Анастасия Коваленко: равенство на рынке труда – залог более сплоченного общества

В последнее время очень много говорят о гендерном неравноправии на рынке труда: женщин меньше на руководящих должностях, разница в зарплатах мужчин и женщин у нас одна из самых высоких в ЕС… Однако появление женщин среди министров, канцлеров и даже первая женщина на посту президента Эстонии стали сигналами о том, что этот стеклянный потолок если не разбился, то треснул. Тем не менее до сих пор, например, среди канцлеров нет ни одного человека с русской фамилией. Случайность?

Едва ли. Если посмотреть на статистику, то станет очевидно, что мы должны гораздо больше обращать внимания на неравенство на рынке труда среди эстонцев и русскоязычных жителей. Во-первых, на нашем рынке труда царит сегрегация: лишь 6% русскоязычных занимают руководящие должности, в то время как лишь 7% эстонцев являются простыми рабочими. Во-вторых, среди тех, у кого русский является родным языком, в два раза больше безработных, чем среди тех, у кого родной – государственный (9% против 4,5%). Кроме того, В 2005-2014 годах чистых доход русскоязычной семьи порой составлял от 78% до 86% дохода эстонской семьи.

Увы, но на протяжении долгих лет все разговоры об «успешности» русских сводились к знанию языка. Хотя, как мне кажется, существуют гораздо более важные факторы – это предрассудки как среди соискателей работы, так и среди работодателей.

Первый шаг должны сделать работодатели

Специалисты по персоналу из публичного сектора утверждают, что в министерства и другие госучреждения заявок на работу от русскоязычных практически не поступает. Это правда, но говорить нужно не о следствии, а о причине. Русские не рискуют подавать свои CV в госучреждения, так как бытует мнение, что это «чисто эстонские места». И в этом нет ничего удивительно: постоянный мотив разделения общества на «своих» и «чужих» в политике, в СМИ и других сферах никак не добавляет уверенности в том, что всем гарантированы равные возможности.

Чтобы в публичном секторе работало бы больше русскоязычных, работодатели должны распространять информацию о вакансиях и возможностях работы по тем каналам, которыми пользуются люди, говорящие на русском. Скептики сразу возразят: если русский владеет эстонским, значит, следит за эстонскими СМИ и вполне в состоянии найти информацию о работе, было бы желание. Отнюдь. Во-первых, к примеру, я владею французским языком, но яне читаю ежедневно «Фигаро» и «Ле Монд». Во-вторых, если вы созываете учительскую конференцию, вы не будете давать рекламу о ней на форуме врачей. Точно также и с поиском работников: распространение информации о работе по русскоязычным информационным каналам станет четким сигналом для русских, что их там ждут.

Филологическая поддержка

Среди работодателей распространен стереотип, что даже у хорошо владеющих эстонским русских будут проблемы с письменным языком. Многочисленные исследования доказывают, что многообразные коллективы гораздо более продуктивны, чем однородные. Поэтому небольшой вклад работодателя в оказание помощи и поддержки русскоязычному коллеге непременно «окупятся». В чем эта поддержка могла бы проявляться? Возможно, в бесплатных курсах, направленных именно на шлифовку письменных навыков. А возможно, достаточно будет назначить на первое время так называемого «ментора» для русскоязычного работника, который будет помогать с корректурой текстов. В любом случае, открытое и доброжелательное отношение работодателей положительно скажется и на активности русскоязычных соискателей работы.

Разобьется ли стеклянный потолок под давлением государства?

Я не сторонник идеи, что государство должно регулировать абсолютно все сферы нашей жизни: вводить квоты, регулировать условия конкурсов и так далее. Однако пример подать может: это активное оповещение русскоязычных о вакансиях, о котором я уже упомянула, проведение регулярных кампаний в русских школах… Стоит отметить, что какие-то меры предпринимаются и на законодательном уровне: сейчас же в Министерстве социальных дел разрабатывается законопроект, в рамках которого будет запрещен поиск на CV-порталах по родному языку работника.

Стоит понимать, что сегрегация начинается уже на уровне школ. Мне симпатична идея о смешанных классах и единой школе, в которой дети могли бы учиться на своих родных языках, но при этом больше общаться и узнавать друг друга. Еще раз повторюсь, проблема не в языке, проблема в коммуникации.

И самое главное… Какую бы политику не вело государство, оно всегда должно отталкиваться от принципа – «все люди, проживающие в стране – наши люди». Как только люди почувствуют, что у них равные возможности и к ним относятся так же, как и к остальным, рухнут все стеклянные потолки и разрушатся все бетонные стены.

Статья опубликована в газете «Столица».